– Я слышал, что были случаи, когда ты мог оказаться на постсоветском пространстве, играть или в России, или в Украине. «Шахтер», говорят, тебя мог подписать. Даже слышал версию, что в 2018 году это мог сделать «Локомотив». Сейчас писали про «Спартак». Хоть раз ты мог быть в России?

– Ты знаешь, скажу тебе правду. Единственной командой, с которой я, Джанлуиджи Буффон, разговаривал напрямую, был донецкий «Шахтер» в 2015 или 2016 году. Мы и с Луческу поговорили. Это был опыт, который мне казался привлекательным.

Против «Шахтера» я играл с «Ювентусом». Это конкурентоспособная команда, которая играет в Лиге чемпионов. Да, может быть, ей трудно пройти стадию 1/8, но это качественная команда с высоким индивидуальным классом игроков.

Они играют в Лиге чемпионов и могут вылететь в первом раунде плей-офф, а могут дойти до финала. А меня это и интересует. Мне неинтересно играть в самой сильной команде, потому что, вероятно, в лучшей команде я уже играл, наверное, год. В «Юве». В 2005 году, это была наша сильнейшая команда.

Но мне интересно играть за тех, кто борется за титулы и может их выиграть. Чтобы я знал, что если я туда попаду, мы сможем немалого добиться, – сказал Буффон в интервью Нобелю Арустамяну.