— Почему уехали в Россию?

— Из-за ситуации в Донецке академию перевезли в Полтаву, а потом в Киев. Я получил травму, психологически было тяжело: не играл и чувствовал, что не сильно нужен дублю «Шахтера».

— Обстановка в Донецке обострялась при вас?

— Сначала казалось, что Майдан далеко и нас это не коснется. Зарплату в Шахтере мы получали наличкой — в офисе в центре Донецке. Однажды я приехал туда, а там ОМОН и как-то очень страшно. Когда мы уже жили в Полтаве, произошла история с Крымом. Я был в шоке, не понимал, что происходит, созванивался с родителями. Ко мне, как к крымчанину, чуть поменяли отношение.

— Как поняли, что не нужны Шахтеру?

— Мне сказали: «Можешь идти в одну из дочерних команд — в Мариуполь» или «Зарю». Ходить по арендам я не хотел и созвонился с мамой Зинченко, а потом и его агентом. Тот посоветовал забирать документы и переезжать в Россию. «Шахтер» на меня не рассчитывал и легко отпустил. Я вернулся в Крым и побыл там. Потом родители купили мне билет, и я полетел в Москву.

Филин с 2014 года играет в России. В Уфе был вместе с Александром Зинченко. Затем выступал за Олимпиец, в Химки перешел в 2018 году.